Прыгать по лужам и играть в футбол: 6 историй про папину любовь
Нужно ли читать книги Комаровского, чтобы быть хорошим папой? Правда ли, что папы строги к сыновьям и балуют дочек? Планируют ли отцы будущее детей с рождения и до университетского диплома? Накануне Дня отца Уикенд расспросил киевских пап о трудностях и гордостях.

А также узнал у Главного управления статистики, что киевские мужчины составляют 42% населения города.

В брак они обычно вступают в 33-34 года.

31% становится отцами в 30-34 года, 22% — в 35-39 лет, 20% — в 25-29 лет.
Сергей Митяев
автор замечательных записок с хештегом «не родил, но понял»
— Дочке Ире полтора года. Сложно сказать, был я готов к роли папы или нет, не с чем сравнивать. Психологически был готов, а насколько справляюсь — тут нужно оценивать со стороны. Почитал заранее пару книг Комаровского и «После трех уже поздно» Масару Ибука.

Уже не помню, сколько было дочке, когда впервые остался с ней сам. Наверное, полгода. Страшно не было — кормить и менять памперсы умею, для меня это не rocket science. Труднее всего — понять, что именно вызывает ее недовольство, она же еще не говорит, приходится догадываться.
Мы пока только думаем про садик, других планов на будущее не строим. Думаем, дальше заглядывать нет смысла — все изменится еще не раз. Кружок или спортивная секция — это личное дело и выбор ребенка. Если дочке будет неинтересно, я навязывать не стану. Но хочу заинтересовать робототехникой — сейчас полно таких занятий, там и основы программирования, и конструктор. В жизни лишним не будет.

Пока из любимых занятий с дочкой только гимнастика: мама боится ее удержать, а у меня на руках она спокойно висит вниз головой.

Конечно, после рождения ребенка жизнь сильно изменилась. Отношусь к этому спокойно: что-то стало лучше, что-то хуже, просто новая фаза. Это как закончить школу или жениться — что-то ушло навсегда, что-то новое, прекрасное и удивительное началось.
Антон Садыков
папа, который может и убаюкать дочку, и попрыгать с ней по лужам
— Нашей дочке 1 год и 5 месяцев, ее зовут Мия. Я очень-очень боялся не справиться с ролью отца. Надо же маленькому человеку дать самое лучшее, а вдруг я дам не самое? Переживал до момента, когда мне принесли ее в роддоме и сказали положить на грудь, пока мама не приедет из родильного зала.

Когда жена Марина впервые оставила меня с трехмесячной дочкой и уехала на маникюр, было страшно. Я просто не знал, что еще крохе предложить, ведь супероружия-груди у меня нет!

Конечно, мы готовились стать родителями: читали «Тайную опору», «Французские дети не плюются едой» и «Материнская любовь» (автор — психолог Анатолий Некрасов). Комаровского не читали, я его не переношу.
Планы на будущее не строим, разве что стараемся погружать ее сразу в три языковые сферы: украинский, английский и русский. Мультфильмы со считалочками и прочие развивашки — только на английском. В будущем предложим ей разные варианты проявить свои таланты. А сейчас стараемся помочь развиться.
Мия у нас очень самостоятельная. С момента ее рождения мы побывали в десяти странах. Впервые выехали, когда ей был всего месяц. У нас был целый трип в домах на колесах через три страны. Думаю, путешествия должны помочь ей стать коммуникабельной и открытой ко всему новому.

В жизни дочери я отвечаю за купание и разные «опасные» спецоперации: бегать под дождем, прыгать по лужам, подниматься по лестницам и другие дуралейские занятия. Говорят, что я нетипичный папаша. Я умею и люблю кормить крошку, укладывать ее спать. Для меня это обычные дела, а люди со стороны всегда умиляются.

До рождения Мии я думал, что узнал всю гамму чувств и переживаний, но того количества любви, какое просыпается от общения с ребенком, не испытывал и на десятую часть за всю предыдущую жизнь.
Даниил Ваховский
подкачался и постригся для отцовства
— Нашей дочке 2 года 3 месяца. Ее имя Николь, но она решила, что ее зовут Мими, и только так себя называет. Имя дали в честь тестя, Николая, он был капитаном корабля, очень волевой мужик, много читал и очень любил свою семью. Надеемся, что память о дедушке будет вдохновлять внучку совершать правильные поступки.

Честно говоря, я был минимально готов к роли отца. Например, многие забывают, что родительство — тяжело физически. Тут я не подкачал, заранее увеличил интенсивность тренировок, так что спина родительство выдержала. Конечно, прочитал и Комаровского, и еще какую-то литературу.
Первый год — эмоционально очень сложный, пока не можешь понять, что происходит с человечком и правильно ли все развивается. Первые три месяца я вообще плохо помню: хронический недосып и усталость. Тот период могу восстановить только по фотографиям. Иногда забывал помыть голову, поэтому в первый год я подстригся под ноль, так и ходил.

Когда остаюсь с Мими наедине, мне страшновато ее кормить, потому что у жены и няни есть все эти навыки правильного откашливания, а я себя чувствую неуверенно. Поэтому иногда говорю ей: «Ты потерпи, поешь, когда мама вернется». Шучу, конечно, но я правда трясусь над каждым кусочком еды, который ей даю, и не выпускаю из поля зрения даже на секунду.
Иногда мне удается уложить Мими днем, а вот вечером это просто нереально. Мы как-то пытались, но у нас выработался такой сильный ритуал, когда жена читает книжечку перед сном, что малышке не нравится, когда читаю я. С женой она засыпает очень быстро. Пока у нас с дочкой нет любимых общих занятий, но я очень надеюсь, что Мими станет моим партнером по приставке, которую я ей обязательно куплю после пяти лет.

Самое главное в родительстве, мне кажется, — это любить. В конечном итоге, мы ничего больше не можем дать детям, кроме своей любви. Все остальное в жизни они сами для себя определят.
Рассматриваю будущее ребенка как широкий пул жизненных опций. Мне главное, чтобы она сама нашла в себе таланты и интересы. Тут роль родителя — помочь и немного направить усилия, но не определять за ребенка и не пытаться в нем вырастить себя на максималках.

Что касается базовых жизненно необходимых занятий — спорт, развитие интеллекта, коммуникативных способностей и творчества — тут не будет никаких поблажек. А вне занятий, пожалуйста, пусть хоть на голове у меня сидит.

В моем детстве в конце 80-х — начале 90-х не было ничего. Я говорил жене, что наша двухлетняя дочь уже увидела больше красоты, чем мы с ней к нашим двадцати годам. Да просто потому, что мы можем свозить ее в центр города, на набережную, Подол. Всего этого не было раньше: классных книжек, развивашек, нашего отреставрированного парка. Сейчас человек растет в другой визуальной среде.
Хочу для своего ребенка одного — чтобы ей в жизни было интересно и счастливо. Остальное для меня не важно, будет она дизайнером или киберспортсменом, фермером или учителем. Главное, чтобы это был ее выбор, и он был частью той жизни, которую она сама для себя определит счастливой.
Роман Лысенко
ответственно воспитывает двоих детей, пока мама работает
— У нас двое детей: Диане 4,5 года, Марку 11 месяцев. Дети были запланированные, соответственно я был морально готов. Читал книги Леви по детской психологии и воспитанию, да и много у других авторов. Но не все советы легко применимы в жизни, каждый ребенок требует индивидуального подхода.

Нет универсальных рецептов, хотя есть универсальные правила. Например, если хочешь, чтобы ребенок что-то делал или не делал, все взрослые в семье должны быть примером. Как только дети видят, что есть исключения, и кому-то можно то, что ему нельзя, это разрушает всю воспитательную работу.

Будучи ребенком, я нянчился с младшими братом и сестрой: кормил, менял пеленки, гулял. Так что опыт имел с детства. Жена работает, поэтому большую часть времени дети со мной.
Конечно, с двумя труднее. Старшая уже более самостоятельная, но она пока не понимает полностью, что братик — это не игрушка, с ним нужно аккуратно общаться.

Садик помогает, особенно в социализации. Но когда Диана начала ходить туда в прошлом году, она много болела, заражала нас. Так часто и тяжело, как в эти полгода, мы не болели последние лет десять.

Уже запланировали садик для сына, дочку хотел записать в студию танцев на Русановке, но пока не до этого. К детям отношусь одинаково, с учетом возраста каждого. Стараюсь не позволять «сесть на шею и вить веревки» ни одному из них. Со вторым ребенком отношение к отцовству не изменилось. Это необходимая ответственность. И стоит помнить, что здоровый страх за детей нормален.
Леонид Николаев
читал книги, ходил на курсы и покупал квартиру, готовясь стать папой
— У нас двое детей — Андрею 8 лет, Татьяне 5. С будущей женой до свадьбы мы встречались четыре года и еще столько же прожили до того, как приняли решение о детях. Как многие в Киеве, сначала хотели реализоваться, потому и не спешили. Я серьезно готовился стать отцом: больше года не употреблял алкоголь, не пил пепси-колы, не ел майонез, кетчуп, чипсы и другую вредную еду. Даже не пил пива на Октоберфесте в Германии.

Мы заранее сдавали анализы на разные инфекции, а когда узнали, что все в порядке, жена почти сразу забеременела. Вместе читали, как меняются и развиваются дети. Но сейчас приходится читать гораздо больше литературы, например, «Ненасильственное общение» Маршалла Розенберга, «Эмоциональный интеллект ребенка».
Особым моментом для меня было УЗИ, когда родителям сообщают пол ребенка. Я часто слышал от папы, что хорошо иметь сына, продолжателя рода. Когда шли на УЗИ, прихватил втайне от жены бутылку шампанского. Узнав, что будет мальчик, я не мог сдержать эмоций. Когда мы вышли из больницы, я открыл шампанское, от счастья облил жену и себя, а потом мы отправились в кафе.

Жили в однокомнатной квартире, и за месяц до рождения ребенка у нас гостила сестра жены с годовалой дочкой. Девочка много плакала. На меня это произвело большое впечатление, понял, что надо срочно менять квартиру. Когда жена была в роддоме, я нашел отличный вариант двухкомнатной. Взяли в долг у друзей и родственников недостающую сумму и после родов в течение месяца переехали. А сын оказался спокойным ребенком.
Моей обязанностью было гулять со спящим ребенком по три часа на свежем воздухе. Страшно было только однажды: на семейных родах мне предложили одеть ребенку носочки и царапки — рукавички на руки. Глядя на очень маленькие ручки и ножки, очень боялся сделать что-то не так.

К семейным родам готовились заранее, ходили на курсы. Я научился делать массажи, следил за интервалом схваток. У меня была целая инструкция, что и как нужно делать. После родов не мог сдержать эмоций, целовал жену и благодарил за сына. Когда мы запланировали второго ребенка, подготовка проходила так же, тоже были семейные роды.

С каждым ребенком на разных этапах по-своему трудно. Они едят разную еду: одному рис, второму гречку, один ест помидоры, другой огурцы, одному из супа надо убрать всю морковку, другому — мясо. А еще я раньше никогда не пел, даже жена не слышала, как я пою. Но детям пел, и они очень быстро засыпали.
Со вторым ребенком быстро вспоминаешь шутку: с первым ребенком ваша проблема — следить, чтобы он не ел с тарелки кота. А когда третий ребенок поест из кошачьей миски, это проблемы кота. С сыном мы дважды в день протирали пол, бесконечно утюжили. С дочкой было спокойнее.

Сейчас у меня новые трудности — помогать сыну-второкласснику с уроками. К примеру, задают кроссворды с вопросами «какая наивысшая точка орбиты спутника» или «ранний горный цветок», без гугла не обойтись.

Стараемся всесторонне развивать детей, пробуем разные кружки, даем возможность учиться, раскрывать свои таланты. Иногда выбираем сами: секции для общей физической подготовки (плавание, бокс, байдарки), уделяем внимание английскому языку, но навязывания нет. За восемь лет сын перепробовал больше 10 кружков.
Стараюсь относиться к детям одинаково. Но сын старше, на нем больше ответственности, и к нему больше требований. Оставаясь дома с детьми, всегда нахожу, чем их занять: включаем музыку, с дочкой часто танцуем, играем в настольные и другие игры. Конечно, деваться некуда, надо уметь и косички заплетать. С сыном стали ездить вместе на рыбалку и играть в футбол.
Евгений Кравченко
знает, что многодетным папой быть легко
— У нас трое детей: старшему Диме 17 лет, Даниле 14, Веронике 13. К отцовству я не готовился. Будущая жена забеременела, а я ужасно боялся строгую тещу, поэтому быстро забрал Лену к себе жить. Расписались, когда она была уже на шестом месяце.

До сих пор благодарен человеку, которого видел раз в жизни. Подвозил одессита, который очень спешил. Это был мичман, моряк дальнего плавания, под два метра ростом. Мы разговорились, я рассказал, что моя девушка беременна. И он сказал: «Думать нечего, дети — это счастье. Конечно, нужно рожать». Будто какой-то блок убрал из моей головы.
При следующих беременностях уже никаких страхов не было, только спокойная уверенность. Что все будет хорошо. Сейчас все смеются над утверждением, что, мол, бог даст ребенка, даст и на ребенка. У нас так и было: с каждым ребенком становилось все лучше и легче. Когда мне говорят, что трое детей — это сложно, я отвечаю, что сложно было с одним. С тремя проще во всех отношениях.

Со старшим были бессонные ночи, на полу до сих пор остался след от коляски, в которой я его катал и укачивал. Молодая семья, только начали жить вместе, не было машинки, я стирал руками, скрючившись над ванной со стиральной доской. Поэтому очень скоро мы купили стиралку.
Я уважаю спорт, сыновья тоже. Только старший — боксер, а младший — шахматист. Дима — выпускник, собирается поступать в университет имени Карпенко-Карого, хочет быть актером. Подрабатывает, снимается в массовках и рекламных роликах. Как-то в Киеве американцы снимали эпизод сериала со Скоттом Эдкинсом. Дима сыграл там какую-то мини-роль.
С сыновьями играем в футбол, качаемся, бегаем, дома турник, подтягивания у нас обязательная программа для всех. Даже Даня-шахматист по десять раз подтягивается, отжимается. Оба могут постоять за себя.

Дочка — это всегда папин ребенок. Прихожу с работы, она подбегает, обнимает, целует: «Пап, я тебя люблю». А сына обнимешь, он сразу включает мужика: «Папа, перестань».

Плюс многодетной семьи — все друг за дружку горой. Помню, они вместе гуляли. К восьмилетнему Диме подошли ребята-сверстники, вчетвером набросились. А маленькие Даня и Ника тут же кинулись разнимать драку, защищая брата. Как-то в выходной наши девочки затеяли уборку и выставили нас из дому. Мы гуляли, наткнулись на абрикос, нарвали, наелись. Возвращаемся домой, смотрю, Даня несет абрикосы. Спрашиваю, чего не съел. «А это я маме и Нике несу», — отвечает сын.
Секреты пап узнавала
Светлана Максимец
Made on
Tilda